Асада уличили в манипулировании гумпомощью. Российские вложения в Сирию оказались под угрозой

Сразу несколько аналитических докладов пролили свет на «гуманитарную» политику сирийского правительства. Внутренняя документация, оказавшаяся в руках правозащитников, демонстрирует серьёзное вмешательство местных спецслужб в процесс распределения помощи местному населению. Как утверждается, в Дамаске не только не разрешали проход гуманитарных машин в контролируемые оппозиционными группировками районы, но и стремились наказать тех офицеров, которые помогали кварталам и населённым пунктам, находящимся в руках повстанцев.

Сирийский центр справедливости и подотчётности (SJAC) утверждает: подразделения сирийской разведки, которые давно вмешиваются в процесс распределения гумпомощи, теперь настаивают на создании правовых рамок для того, чтобы помощь и финансы, выделенные внешними игроками на реконструкцию Сирии, шли на поддержку нужд сирийского режима. На это указывают и доклады правозащитной организации Human Rights Watch (HRW) и экспертного центра Chatham House.

Для того чтобы лучше понять политику и процессы принятия решений в Дамаске в гуманитарной сфере, SJAC занялся базой данных сирийских ведомств. В них оказалось много интересного. Так, некоторые приказы Управления политической безопасности предписывают локальным подразделениям разрешать или ограничивать доступ к помощи — по принципу лояльности. Решение об ограничении доступа было основано на политических соображениях, а не на безопасности или гуманитарных потребностях, возмущаются правозащитники. Так, один из критериев — удерживаются ли районы, куда должна отправиться гумпомощь, оппозиционными силами и проживают ли там семьи боевиков.

В приказах есть данные о том, как спецслужбы были напрямую вовлечены в работу в распределительных центрах. В некоторых случаях они даже арестовывали людей, которые посещали центры для получения помощи.

С начала вооружённого конфликта сирийское правительство требовало от международных организаций специально запрашивать правительство для всех соответствующих проектов. Гуманитарные работники, опрошенные HRW, сообщили, что большинство запросов международных организаций либо отклонялись, либо игнорировались без особых объяснений.

Один меморандум Сектора политической безопасности мухафазы Идлиб от 2014 года показывает, как правительство проводит внутренние разграничения между «безопасными» районами (контролируются правительством) и «горячими зонами» (там, где есть оппозиция). В документе перечислен ряд областей, где решался вопрос с доступом к гуманитарной помощи. Так, город Джиср эш-Шугур и города Аль-Фуах и Кафрия названы «безопасными», потому что «там есть [правительственные] базы», в то время как города Атме и Ках названы «горячими зонами», поскольку в них проживали семьи боевиков вооружённых группировок.

В июле 2014 года отдел политической безопасности военной разведки выпускает обращение к руководителям своих отделений во всех провинциях, приказывая «проверить пункт назначения помощи перед отправкой, потому что доставка в „горячие зоны“ требует политического решения». Далее в документе перечисляются конкретные сотрудники, которые «без разрешения» давали добро на отправку гуманитарной помощи в районы, «контролируемые вооружёнными группами». Судьба офицеров неясна, но в некоторых случаях правительство привлекало к ответственности отдельных лиц по обвинению в терроризме за распространение гуманитарной помощи в оппозиционных районах, в соответствии с законом о борьбе с терроризмом от 2013 года.

На протяжении всего сирийского конфликта правительство навязывало некоторые административные правила гуманитарным организациям, чтобы лишить их способности действовать независимо. Это включало в себя ограничение операционной среды, подрыв организационной независимости, навязывание влияния на процедуры закупок и предотвращение прямого мониторинга и сбора данных для анализа.

Несмотря на то что определённый уровень координации с сирийским правительством может быть практической необходимостью для обеспечения безопасности гуманитарных кампаний в районах, контролируемых режимом, такое сотрудничество не должно позволять правительству использовать помощь в военных или политических целях, делают выводы правозащитники. Этическая дилемма, с которой сталкиваются сотрудники международных гуманитарных миссий в Сирии, пока остаётся. Открытым можно считать и вопрос о том, куда могут пойти российские средства на реконструкцию Сирии и стабилизацию гуманитарной ситуации.

Загрузка...
Загрузка...