«Будут себя нормально чухать». Что ждет Кокорина и Мамаева в колонии

Со дня на день осужденных за хулиганство и нанесение побоев футболистов Александра Кокорина и Павла Мамаева этапируют в колонию, где первый проведет пять, а второй — четыре месяца. По информации источника РИА Новости, отбывать наказание они будут в ИК-4 в Белгородской области. Бывшие заключенные предупреждают: «Крепануться ребятам придется». Как и с кем будут сидеть футболисты, РИА «Новости» рассказал один из побывавших в этой колонии.

«В морозы промерзаешь до костей»
В Алексеевке (так заключенные называют белгородскую ИК-4) наш собеседник провел три с половиной года. Отбывал по 228-й статье УК — «Незаконное приобретение, хранение, перевозка наркотиков». Назовем его Дмитрием Савельевым. Настоящую фамилию он попросил не указывать — не хочет, чтобы «ребята знали», что общался с журналистами.

«Сразу после выхода из автозака у ваших футболистов отберут все личные вещи и переоденут в арестантскую робу, — начал словесную экскурсию по колонии Дмитрий. — Им выдадут черные штаны и такого же цвета рубашку с белыми полосами. В холода к этому комплекту добавят еще свитер, куртку и шапку-ушанку. Но все рассчитано на осенне-весенний период, в морозы промерзаешь до костей».

Самая большая проблема, вспоминает Дмитрий, — с обувью. «Если на улице чуть-чуть похолодает, ощущение, что на бетоне стоишь голыми ногами. Скажу честно, ребятам крепануться (потерпеть. — Прим. ред.) придется».

По приезду футболистов поместят в карантин — на неделю. За это время вновь прибывших обследуют врачи, с каждым побеседует психолог. «В личном деле им поставят полосы. Красная означает, что человек склонен к побегу, синяя — есть тяга к суициду».

После профильных осмотров спортсменов распределят по баракам. Их в колонии четыре. «Один — для тех, у кого облегченные условия проживания. Туда могут попасть зеки с хроническими заболеваниями, те, кто на администрацию работают. В этом бараке 30-40 человек. В остальных — по девяносто», — перечисляет Дмитрий.

Еще один «корпус» отведен для тех, кто ходит на «промку» (то есть на работу). Рядом стоит «отрицаловский» барак — там содержат не желающих трудиться на благо общества. Впрочем, как уточняет наш собеседник, таких в последнее время все меньше. «Сейчас всех гонят на работы. Если идешь в отказную, закрывают в БУР — барак усиленного режима. Это, грубо говоря, штрафной изолятор, где можно провести до полугода».

Работа, говорит Дмитрий, либо в швейном цеху, либо в деревообрабатывающем. «В «швейке» ребята «каспера» шьют — что-то типа комбинезонов для рабочих. Туда всех берут. А вот в «деревяшку» попадет не каждый — нужно уметь вырезать. Скажу одно: если футболисты станут работать, нормально будут себя там чухать (чувствовать. — Прим. ред.)».

«Встретят чифиром»

«Шконки в бараках двухъярусные», — продолжает Савельев. — Козырное место — внизу. Но его еще нужно заслужить. Когда тебя в барак из карантина приводят, с тобой смотрящие (самые авторитетные заключенные. — Прим. ред.) общаются: узнают, кто ты, что из себя представляешь. Потом определяют, где тебя положить».

— Как думаете, из-за того, что Кокорин с Мамаевым — известные футболисты, им лучшие места выделят?

— Мне кажется, поближе к себе положат — с них ведь и поиметь кое-что можно. А вообще, ребят там известностью не возьмешь. У нас и депутаты сидели. Правда, только местные, белгородские.

— В колонии в курсе, что к ним футболисты едут?

— Думаю, пока нет. Но точно знаю: встретят их чифиром. Там так всех встречают, независимо от богатства, известности, национальности.

Расписание в Алексеевке строгое: в шесть утра — подъем, в 6:45 — построение, в восемь уже нужно быть на завтраке. Причем отказаться от посещения столовой нельзя. «Ты можешь даже не есть там, но выйти обязан. Иначе поместят в «стакан» — крошечную камеру, где нет ни стола, ни шконки».



— Кормят чем?

— В последнее время с этим нормально стало, — голос бывшего заключенного теплеет. — На завтрак кашу дают — перловку или ячневую. В обед обязательно суп. В меню он всегда называется по-разному, но по факту это все время щи. Просто в разной модификации.

— Мясо дают?

— Ну иногда в супе что-то плавает. Зато на второе бывают макароны, рис. Но в основном «рагу» из капусты.

Ни фруктов, ни сладостей заключенным не полагается. Но все это раз в месяц можно приобрести в местном ларьке. Конечно, шампанского «Арман де Бриньяк», которым футболисты заливали горе после вылета команды с Евро-2016, там не купишь. Зато можно приобрести вафли, чай, кофе, сахар. На это заключенный имеет право потратить девять тысяч рублей. Главное, говорит Дмитрий, чтобы продукты в магазине остались: «Первым закупается рабочий барак. После них обычно даже сухарей не остается».

Раз в два месяца футболисты смогут получать посылки. Полагается по двадцать килограммов в одни руки. Дмитрий добавляет: «По поводу передачек им пацаны объяснят. У некоторых поддержки с воли нет, а лимит на посылки остался. При определенной договоренности они отдадут свою очередь».

Раз в два месяца футболисты смогут получать посылки. Полагается по двадцать килограммов в одни руки. Дмитрий добавляет: «По поводу передачек им пацаны объяснят. У некоторых поддержки с воли нет, а лимит на посылки остался. При определенной договоренности они отдадут свою очередь».

«Все фильмы пересмотрел по десять раз»

С семи вечера до девяти в колонии свободное время. Как раз тогда футболисты смогут пойти в спортгородок. Правда, наш собеседник уверяет, что «с футболом в Алексеевке не очень».
«Небольшое поле, как для мини-футбола, есть. А вот с мячами туго. Не всегда администрация их выдает. Но, думаю, Кокорину с Мамаевым не откажут».

— Спортзал есть?

— Раньше был, потом закрыли.

Из неспортивных развлечений — телевизор, по выходным показывают кино. Явка на сеанс строго обязательна. «Крутят в основном военные фильмы. Я, пока сидел, все раз по десять пересмотрел».

Есть при колонии и библиотека. Однако, как утверждает экс-сиделец, не все книги разрешают выносить в барак. «Иногда у нашего зама по воспитательной части было плохое настроение, так он все книги отбирал. Говорил: хотите читать — идите в библиотеку. Приходилось литературу прятать».



— Как с душем обстоят дела?

— Есть баня, но все зависит от настроения администрации. Бывало, нас туда подолгу не водили. Мылись холодной водой. Зимой, случалось, сливали горячую воду из батарей. Она то соляркой отдавала, то ржавчиной. Но все лучше, чем холодной мыться.

«За любую драку пояснять придется»

Первый звонок родным футболистам позволят сделать сразу после перевода из карантина в барак. «Вообще, если есть деньги, со связью там все хорошо. Они могут взять у отрядника карту «Зонателеком», пополнять ее — и хоть целый день с близкими общайся. Минута стоит недорого: три рубля. Единственное, на эту карту записывают только четыре «любимых» номера, на которые заключенный будет звонить постоянно. Но предупреждаю — разговоры прослушиваются».

Дмитрий не сомневается: в колонии футболисты проведут время с пользой. Павел Мамаев, например, может пополнить коллекцию татуировок. «Мастера хорошие там есть. Имен называть не буду, ребята на месте просветят».

А вот конфликтовать с другими заключенными наш собеседник настоятельно не рекомендует. «За любую драку пояснять придется. За каждым лагерем закреплен определенный вор, в случае любой потасовки его обязательно ставят в известность. И если человек, затеявший бучу, неправ, ему плохо будет».

Вообще, успокаивает Дмитрий, пять месяцев в колонии пролетят как один день. «Посидели бы нормально, прочухали жизнь. А так — не успеют заехать, уже нужно к отходной готовиться», — рассуждает собеседник.

Провожают здесь тем же чифиром и шоколадом. Никакого «Арман де Бриньяка».

РИА Новости

Загрузка...
Загрузка...